?

Log in

No account? Create an account
 Если великий народ не верует, что в нем одном истина (именно в одном и именно исключительно), если не верует, что он один способен и призван всех воскресить и спасти своею истиной, то он тотчас же перестает быть великим народом и тотчас же обращается в этнографический материал, а не в великий народ. Истинный великий народ никогда не может примириться со второстепенной ролью в человечестве или даже с первостепенною, а непременно и исключительно с первою. Кто теряет эту веру, тот уже не народ. Но истина одна, а стало быть, только единый из народов и может иметь Бога истинного, хотя бы остальные народы и имели своих особых и великих Богов. Единый народ "богоносец" - это русский народ...
Ф.М. Достоевский. Бесы.

Закрой ДОМ-2!

Originally posted by sinhronizatora at Закрой ДОМ-2!
Originally posted by hrushi_protiv at Закрой ДОМ-2!


Недавно в интернете появилась информация, что некая звезда-существо из ДОМ-2 заявил, что Гитлер не хотел России зла. Дом-2 это инкубатор для дебилов и дегенератов, это клоака делает мудаков и моральных уродов звездами, на которых ровняется большая часть подростков нашей страны.
Д.А.Медведев сказал, что если соберут 1000000 подписей, он закроет ДОМ-2.
И мы решили начать сбор подписей, все кто комментирует этот пост, автоматически подписывается.


 
Неизвестная война. Русские глазами американца.

Пару лет назад в американской газетке был опубликован интересный материал посвященный сорокалетию одной маленькой, но грязной войны которую вели США,Алжир, Эфиопия и Сомали. В этой войне нет правых, одни виноватые.

Маленькое пояснение: описываемые события разворачиваются в теперь печально знаменитом Аденском заливе. "Tankist”, он же "бородатый капитан” – Майор Еременко Николай Игнатьевич, командир отдельного батальона 104 ТБ приданого миссии ООН.

ИСПОВЕДЬ ЛЕЙТЕНАНТА МОРСКОЙ ПЕХОТЫ

Меня зовут Майкл Фогетти, я капитан Корпуса Морской пехоты(1) США в отставке. Недавно я увидел в журнале, фотографию русского памятника из Трептов-парка в Берлине и вспомнил один из эпизодов своей службы. Мой взвод после выполнения специальной операции, получил приказ ждать эвакуации в заданной точке, но в точку эту попасть мы так и не смогли.

В районе Золотого рога как всегда было жарко во всех смыслах этого слова. Местным жителям явно было мало одной революции. Им надо было их минимум три, пару гражданских войн и в придачу один религиозный конфликт. Мы выполнили задание и теперь спешили в точку рандеву с катером, на котором и должны были прибыть к месту эвакуации.

Но нас поджидал сюрприз. На окраине небольшого приморского городка нас встретили суетливо толкущиеся группки вооруженных людей. Они косились на нас, но не трогали, ибо колонна из пяти джипов, ощетинившаяся стволами М-16(2) и М-60(3), вызывала уважение. Вдоль улицы периодически попадались легковые автомобили со следами обстрела и явного разграбления, но именно эти объекты и вызывали основной интерес пейзан, причем вооруженные мародеры имели явный приоритет перед невооруженными.

Когда мы заметили у стен домов несколько трупов явных европейцев, я приказал быть наготове, но без приказа огонь не открывать. В эту минуту из узкого переулка выбежала белая женщина с девочкой на руках, за ней с хохотом следовало трое местных нигеров (извините, афро-африканцев). Нам стало не до политкорректности. Женщину с ребенком мгновенно втянули в джип, а на ее преследователей цыкнули и недвусмысленно погрозили стволом пулемета, но опьянение безнаказанностью и пролитой кровью сыграло с мерзавцами плохую шутку. Один из них поднял свою G-3(4) и явно приготовился в нас стрелять, Marine Колоун автоматически нажал на гашетку пулемета и дальше мы уже мчались под все усиливающуюся стрельбу. Хорошо еще, что эти уроды не умели метко стрелять. Мы взлетели на холм, на котором собственно и располагался город, и увидели внизу панораму порта, самым ярким фрагментом которой был пылающий у причала пароход.

В порту скопилось больше тысячи европейских гражданских специалистов и членов их семей. Учитывая то, что в прилегающей области объявили независимость и заодно джихад, все они жаждали скорейшей эвакуации. Как было уже сказано выше, корабль, на котором должны были эвакуировать беженцев, весело пылал на рейде, на окраинах города сосредотачивались толпы инсургентов, а из дружественных сил был только мой взвод с шестью пулеметами и скисшей рацией (уоки-токи(5) не в счет).

У нас было плавсредство, готовое к походу и прекрасно замаскированный катер, но туда могли поместиться только мы. Бросить на произвол судьбы женщин и детей мы не имели права. Я обрисовал парням ситуацию и сказал, что остаюсь здесь и не в праве приказывать кому — либо из них оставаться со мной, и что приказ о нашей эвакуации в силе и катер на ходу.

Но к чести моих ребят, остались все. Я подсчитал наличные силы… двадцать девять марин, включая меня, семь демобилизованных французских легионеров и 11 матросов с затонувшего парохода, две дюжины добровольцев из гражданского контингента. Порт во времена Второй мировой войны был перевалочной базой и несколько десятков каменных пакгаузов, окруженных солидной стеной с башенками и прочими архитектурными излишествами прошлого века, будто сошедшие со страниц Киплинга и Буссенара, выглядели вполне солидно и пригодно для обороны.

Вот этот комплекс и послужили нам новым фортом Аламо. Плюс в этих пакгаузах были размещены склады с ООНовской гуманитарной помощью, там же были старые казармы, в которых работали и водопровод и канализация, конечно туалетов было маловато на такое количество людей, не говоря уже о душе, но лучше это, чем ничего. Кстати, половина одного из пакгаузов была забита ящиками с неплохим виски. Видимо кто — то из чиновников ООН делал тут свой небольшой гешефт. То есть вся ситуация, помимо военной, была нормальная, а военная ситуация была следующая…

Больше трех тысяч инсургентов, состоящих из революционной гвардии, иррегулярных формирований и просто сброда, хотевшего пограбить вооруженных, на наше счастье только легким оружием от маузеров 98(6) и Штурмгеверов(7) до автоматов Калашникова(8) и Стенов(9), периодически атаковали наш периметр. У местных были три старых французских пушки, из которых они умудрились потопить несчастный пароход, но легионеры смогли захватить батарею и взорвать орудия и боекомплект.

Мы могли на данный момент им противопоставить: 23 винтовки М-16, 6 пулеметов М-60, 30 китайских автоматов Калашникова и пять жутких русских пулеметов китайского же производства, с патронами пятидесятого калибра(10). Они в главную очередь и помогали нам удержать противника на должном расстоянии, но патроны к ним кончались прямо- таки с ужасающей скоростью.

Французы сказали, что через 10 — 12 часов подойдет еще один пароход и даже в сопровождении сторожевика, но эти часы надо было еще продержаться. А у осаждающих был один большой стимул в виде складов с гуманитарной помощью и сотен белых женщин. Все виды этих товаров здесь весьма ценились. Если они додумаются атаковать одновременно и с Юга, и с Запада, и с Севера, то одну атаку мы точно отобьем, а вот на вторую уже может не хватить боеприпасов. Рация наша схлопотала пулю, когда мы еще только подъезжали к порту, а уоки-токи били практически только на несколько километров. Я посадил на старый маяк вместе со снайпером мастер — сержанта Смити — нашего радио-бога. Он там что — то смудрил из двух раций, но особого толку с этого пока не было.

У противника не было снайперов и это меня очень радовало. Город находился выше порта, и с крыш некоторых зданий, территория, занимаемая нами, была как на ладони, но планировка города работала и в нашу пользу. Пять прямых улиц спускались аккурат к обороняемой нами стене и легко простреливались с башенок, бельведеров и эркеров… И вот началась очередная атака. Она была с двух противоположных направлений и была достаточно массированной.

Предыдущие неудачи кое-чему научили инсургентов, и они держали под плотным огнем наши пулеметные точки. За пять минут было ранено трое пулеметчиков, еще один убит. В эту минуту противник нанес удар по центральным воротам комплекса: они попытались выбить ворота грузовиком. Это им почти удалось. Одна створка была частично выбита, во двор хлынули десятки вооруженных фигур. Последний резерв обороны — отделение капрала Вестхаймера — отбило атаку, но потеряло троих человек ранеными, в том числе одного тяжело. Стало понятно, что следующая атака может быть для нас последней, у нас было еще двое ворот, а тяжелых грузовиков в городе хватало. Нам повезло, что подошло время намаза и мы, пользуясь передышкой и мобилизовав максимальное количество гражданских, стали баррикадировать ворота всеми подручными средствами.

Внезапно на мою рацию поступил вызов от Смити:

- "Сэр. У меня какой — то непонятный вызов и вроде от русских. Требуют старшего. Позволите переключить на вас?”

- "А почему ты решил, что это Русские?”

- "Они сказали, что нас вызывает солнечная Сибирь, а Сибирь, она вроде бы в России…”

- ” Валяй, ” — сказал я и услышал в наушнике английскую речь с легким, но явно русским акцентом…

- ” Могу я узнать, что делает United States Marine Corps на вверенной мне территории ?” — последовал вопрос.

- "Здесь Marine First Lieutenant* Майкл Фогетти. С кем имею честь? ” — в свою очередь поинтересовался я.

-” Ты имеешь честь общаться, лейтенант, с тем, у кого, единственного в этой части Африки, есть танки, которые могут радикально изменить обстановку. А зовут меня Tankist”.

Терять мне было нечего. Я обрисовал всю ситуацию, обойдя, конечно, вопрос о нашей боевой "мощи”. Русский в ответ поинтересовался, а не является ли, мол, мой минорный доклад, просьбой о помощи. Учитывая, что стрельба вокруг периметра поднялась с новой силой, и это явно была массированная атака осаждающих, я вспомнил старину Уинстона, сказавшего как — то, ” что если бы Гитлер вторгся в ад, то он, Черчилль, заключил бы союз против него с самим дьяволом…”, и ответил русскому утвердительно. На что последовала следующая тирада:

- ” Отметьте позиции противника красными ракетами и ждите. Когда в зоне вашей видимости появятся танки, это и будем мы. Но предупреждаю: если последует хотя бы один выстрел по моим танкам, все то, что с вами хотят сделать местные пейзане, покажется вам нирваной по сравнению с тем, что сделаю с вами я”.

Когда я попросил уточнить, когда именно они подойдут в зону прямой видимости, русский офицер поинтересовался не из Техаса ли я, а получив отрицательный ответ, выразил уверенность, что я знаю что Африка больше Техаса и нисколько на это не обижаюсь.

Я приказал отметить красными ракетами скопления боевиков противника, не высовываться и не стрелять по танкам, в случае ежели они появятся. И тут грянуло. Бил как минимум десяток стволов, калибром не меньше 100 миллиметров. Часть инсургентов кинулась спасаться от взрывов в нашу сторону, и мы их встретили, уже не экономя последние магазины и ленты. А в просветах между домами, на всех улицах одновременно появились силуэты танков Т-54(11), облепленных десантом.

Боевые машины неслись как огненные колесницы. Огонь вели и турельные пулеметы, и десантники. Совсем недавно, казавшееся грозным, воинство осаждающих рассеялось как дым. Десантники спрыгнули с брони, и рассыпавшись вокруг танков, стали зачищать близлежащие дома. По всему фронту их наступления, раздавались короткие автоматные очереди и глухие взрывы гранат в помещениях. С крыши одного из домов внезапно ударила очередь, три танка немедленно довернули башни в сторону последнего прибежища, полоумного героя джихада и строенный залп, немедленно перешедший в строенный взрыв, лишил город одного из архитектурных излишеств.

Я поймал себя на мысли, что не хотел бы быть мишенью русской танковой атаки, и даже будь со мной весь батальон с подразделениями поддержки, для этих стремительных бронированных монстров с красными звездами, мы не были бы серьезной преградой. И дело было вовсе не в огневой мощи русских боевых машин… Я видел в бинокль лица русских танкистов, сидевших на башнях своих танков: в этих лицах была абсолютная уверенность в победе над любым врагом. А это сильнее любого калибра.

Командир русских, мой ровесник, слишком высокий для танкиста, загорелый и бородатый капитан, представился неразборчивой для моего бедного слуха русской фамилией, пожал мне руку и приглашающе показал на свой танк. Мы комфортно расположились на башне, как вдруг русский офицер резко толкнул меня в сторону. Он вскочил, срывая с плеча автомат, что — то чиркнуло с шелестящим свистом, еще и еще раз. Русский дернулся, по лбу у него поползла струйка крови, но он поднял автомат и дал куда- то две коротких очереди, подхваченные четко-скуповатой очередью турельного пулемета, с соседнего танка.

Потом извиняющее мне улыбнулся, и показал на балкон таможни, выходящий на площадь перед стеной порта. Там угадывалось тело человека в грязном бурнусе, и блестел ствол автоматической винтовки. Я понял, что мне только что спасли жизнь. Черноволосая девушка ( кубинка, как и часть танкистов и десантников) в камуфляжном комбинезоне тем временем перевязывала моему спасителю голову, приговаривая по-испански, что вечно синьор капитан лезет под пули, и я в неожиданном порыве души достал из внутреннего кармана копию-дубликат своего Purple Heart(12), с которым никогда не расставался, как с талисманом удачи, и протянул его русскому танкисту. Он в некотором замешательстве принял неожиданный подарок, потом крикнул что- то по-русски в открытый люк своего танка. Через минуту оттуда высунулась рука, держащая огромную пластиковую кобуру с большущим пистолетом. Русский офицер улыбнулся и протянул это мне.

А русские танки уже развернулись вдоль стены, направив орудия на город. Три машины сквозь вновь открытые и разбаррикадированные ворота въехали на территорию порта, на броне переднего пребывал и я. Из пакгаузов высыпали беженцы, женщины плакали и смеялись, дети прыгали и визжали, мужчины в форме и без, орали и свистели. Русский капитан наклонился ко мне и, перекрикивая шум, сказал: "Вот так, морпех. Кто ни разу не входил на танке в освобожденный город, тот не испытывал настоящего праздника души, это тебе не с моря высаживаться”. И хлопнул меня по плечу.

Танкистов и десантников обнимали, протягивали им какие-то презенты и бутылки, а к русскому капитану подошла девочка лет шести и, застенчиво улыбаясь, протянула ему шоколадку из гуманитарной помощи. Русский танкист подхватил ее и осторожно поднял, она обняла его рукой за шею, и меня внезапно посетило чувство дежавю.

Я вспомнил, как несколько лет назад в туристической поездке по Западному и Восточному Берлину нам показывали русский памятник в Трептов-парке. Наша экскурсовод, пожилая немка с раздраженным лицом, показывала на огромную фигуру Русского солдата со спасенным ребенком на руках, и цедила презрительные фразы на плохом английском. Она говорила о том, что, мол, это все большая коммунистическая ложь, и что кроме зла и насилия русские на землю Германии ничего не принесли.

Будто пелена упала с моих глаз. Передо мною стоял русский офицер со спасенным ребенком на руках. И это было реальностью и, значит, та немка в Берлине врала, и тот русский солдат с постамента, в той реальности тоже спасал ребенка. Так, может, врет и наша пропаганда, о том, что русские спят и видят, как бы уничтожить Америку. Нет, для простого первого лейтенанта морской пехоты такие высокие материи слишком сложны. Я махнул на все это рукой и чокнулся с русским бутылкой виски, неизвестно как оказавшейся в моей руке.

В этот же день удалось связаться с французским пароходом, идущим сюда под эгидою ООН, и приплывшим — таки в два часа ночи. До рассвета шла погрузка, Пароход отчалил от негостеприимного берега, когда солнце было уже достаточно высоко. И пока негостеприимный берег не скрылся в дымке, маленькая девочка махала платком, оставшимся на берегу русским танкистам. А мастер-сержант Смити, бывший у нас записным философом, задумчиво сказал:

- "Никогда бы я не хотел, чтобы Русские в серьез стали воевать с нами. Пусть это непатриотично, но я чувствую, что задницу они нам обязательно надерут". И, подумав, добавил: "Ну, а пьют они так круто, как нам и не снилось… Высосать бутылку виски из горлышка и ни в одном глазу… И ведь никто нам не поверит, скажут что такого даже Дэви Крокет(13) не придумает”.

Примечания:
1 — Корпус морской пехоты США (United States Marine Corps (USMC), US Marines) является составной частью вооружённых сил США, ответственен за обеспечение военной защиты с моря. Вместе с ВМС США он подчиняется Военно-Морскому Департаменту США. Численность Корпуса морской пехоты оценивается в 200 000 человек.
2 — М16 — основной автомат стран НАТО, используемый в вооруженных силах многих стран Европы, Азии, Африки и Америки.
3 — М60 — единый пулемёт, разработанный в США и принят на вооружение Армии и Корпус морской пехоты США в 1957 году.
4 — G3 (Gewehr 3 — Винтовка 3) — немецкая автоматическая винтовка, разработанная компанией Heckler & Koch GmbH на основе испанской винтовки CETME и принятая на вооружение в 1959 году армией ФРГ. В 1995 году ей на смену пришел автомат калибра 5.56 НАТО G36.
5 — Уоки-токи ( Walkie Talkie) — обычные симплексные радиостанции.
6 - Mauser 98 (Маузер 98) Пехотные винтовки Gewehr 98 и карабины серии K98 были основным оружием немецких солдат в Первой и во Второй мировых войнах.
7 — Stg-44 (Sturmgewehr-44, "Штурмгевер”) — немецкая штурмовая винтовка образца 1943/44 г. (конструкция Хуго Шмайссера)
8 — Автомат Калашникова образца 1947 года АК-47 (Индекс ГАУ — 56-А-212)
9 — СТЭН (STEN) — английский пистолет-пулемёт времён Второй мировой войны, созданный в 194 году в качестве более дешёвой альтернативы американскому пистолету-пулемёту Томпсона.
10 — В данном случае имелся в виду калибр .50, так по классификации НАТО обозначается калибр нашего ДШК 12,7 мм.
11 — Т-54 Средний танк Т-54 Принят на вооружение Советской Армии в 1946 году, серийно выпускался с 1947 года. Экспортировался и стоит на вооружении во многих странах, использовался в большинстве послевоенных локальных конфликтов. Вместе со своей улучшенной версией Т-55 стал самым массовым танком в истории (построено до 100 000 машин). Вооружение 100-мм нарезная пушка Д-10Т, спаренная с пулеметом СГ-43, два 7,62-мм курсовых пулемета СГ-43, размещенных в броневых коробках на надгусеничных полках, и 12,7-мм зенитный пулемет ДШК
12 — Пурпурное сердце (Purple Heart) — военная медаль США. Медалью "Пурпурное сердце” могут быть награждены любые служащие Вооружённых сил США, погибшие или получившие ранение в результате действия сил противника. С 1984 года медаль вручается также военнослужащим, погибшим или раненым в результате террористических акций, произошедших не в ходе боевых действий. Таким образом, под критерий награждения не подпадают раненые или погибшие в результате небоевых происшествий, саморанений и "дружественного огня”. Следует отметить, однако, что по разным причинам не все солдаты, получавшие боевые ранения, награждались этой медалью.
13 — Полковник Дэвид Стерн Крокетт, более известный как Дэви Крокетт — знаменитый американский авантюрист, народный герой, путешественник, офицер армии США и политик, прозванный "Королем фронтира”. Погиб, защищая крепость Аламо во время войны за независимость Техаса.
 

http://admin.liga-net.com/my/analytics/история/afrika.html


 

Бар )))






Два года назад. Северный Казахстан.
Поселок на трассе Кокчетав-Астана.


 )
 …Как меня учили… то есть я верю, что План нужен для того, чтобы создать человеческую цивилизацию с ориентацией, коренным образом отличной от всех, когда-либо существовавших. С такой ориентацией, которая по данным психохимии, не имеет высокой вероятности развиться спонтанно…
…Это ориентация цивилизации основанной на психологической науке. На протяжении всей известной истории Человечества его достижения лежат главным образом в сфере физической технологии, в способности управлять неодушевленным миром, окружающим человека. Самоконтроль и управление социальными явлениями были оставлены на произвол судьбы или исключительно слабых попыток систем интуитивной этики, базирующихся на воодушевлении и первичных эмоциях. В итоге не существовало ни одной культуры, стабильность которой превышала бы пятьдесят пять процентов. И всё это – результат величайшей ошибки Человечества…
…Огромное большинство человеческих существ, с психологической точки зрения, настроены на то, чтобы принимать участие в приоритетном развитии физических наук, и все они получают за счёт этого грубые и осязаемые преимущества. Однако всё же существует крайне ограниченное меньшинство людей, от рождения способных вести Человечество по пути величайших достижений науки о мышлении, но ценности, получаемые при этом, хотя и более долговечны, гораздо менее очевидны и более тонки. Кроме того, поскольку такая ориентация привела бы к созданию хоть и миролюбивой, но всё-таки диктатуры лучших и в психологическом плане, то есть фактически – элиты Человечества, - это вызвало бы недовольство и возмущение большинства, и такое общество не сможет быть стабильным – без применения силы, которая подавляла бы остальное человечество на грубом уровне. Подобное развитие событий для нас нежелательно, и его следует избегать…
…Решение – План Селдона. Были созданы и закреплены такие условия, что за тысячелетие с начала выполнения Плана – через шестьсот лет с сегодняшнего дня – будет основана Вторая Империя, в которой Человечество будет подготовлено к жизни под управлением психологической науки. В это же самое время Вторая Академия, непрерывно развиваясь, даст миру группу учёных, Психологов (высших гуманитариев, меритократов, когнитариев, нейролюдей – В.К.), способных возглавить Человечество. Или, как я сам часто думал, Первая Академия будет обеспечивать физическую структуру единственной политической единицы, а Вторая – ментальную структуру готового правящего класса…

Айзек Азимов – Академия. Первая трилогия.

ДНК

 ДНК

На заснежененной Равнине, в тени сосновых крон,
Судьба моя стелилась железнодорожным полотном,
Виляла битыми дорогами поверх тундры и степи,
Бывало блуждала, сворачивая с пути.
Рождён на землях войска, стерегущего границы,
Великой некогда державы, безвременно погибшей.
Продали её власть-имущие, разбив на осколки.
Бросили в чужой стране тех воинов потомков.
От гордых предков получил в наследство -
Кипящую кровь, гревшую в студёноё детство,
Там где багряные переливы северного сияния,
Зима ночами вплетает в косу России-Маме.
Отрок её верный, сердцем добрый,
Затачивал острие воли в ту зелёную пору.
Соблазны грызли всех, рыская вокруг,
Но сохранил суверенитет, возродившийся Дух!

Служить, чтоб сохранилась и процветала страна
Заложено в жилах моих, в моей ДНК,
Значит хватит сил нести меч и не пасть!
Пусть даже биться надо целую вечность!

Над землёй, озарённой многовековым рассветом,
Лился колокольный звон, сплетаясь с детским смехом
Нынче здесь шакалы скалятся, истекая слюной -
Сбежались падальщики, слыша предсмертный вой
Плачет больная страна, теряя последние силы
Со стороны, где заходит небесное светило,
Идёт на Россию приторное облако гнили
Пусть сдуют его порывы ветров холодной Сибири.
Скоро придёт день, я знаю так и будет!
Ворвётся снежная метель и спящий люд разбудит!
Усыплет лица снег, растает, потечёт слезами,
Всё зло кровавых бед, увидим ясными глазами,
Услышим песнь в сердце, что льётся с далей космоса,
Это нам шепчут праотцы, великие зовут бороться
Разрубить пришла пора гнилые щупальца химеры
С нами святая правда, да возродиться Империя!

Служить чтоб сохранилась и процветала страна
Заложено в жилах моих, в моей ДНК,
Значит хватит сил нести меч и не пасть!
Пусть даже биться надо целую вечность!


Вадим Копыти
 
Они пришли. И теперь всё будет по-другому. Теперь всё будет хорошо… 
Сначала в небе стали появляться их стальные птицы. Мы боялись, забились в свои пещеры и затравленно ждали. Самые старые из нас, говорили, что помнят их. Это боги, злые боги, пришли убивать нас. Как это было уже давно, когда они метали с неба молнии, прораставшие огненными грибами на месте наших городов. Боги собрали кровавую жатву, мало кто уцелел тогда, оставшиеся умирали от холода и голода во время великой зимы. Воды матери-реки Миссисипи были отравлены. Так говорили старики, некоторые из них к легенде добавляли, что это была праведная кара нашему племени, ведь наши вожди сами возомнили себя богами, стали уничтожать природу, закабалили другие племена, проливали кровь их невинных детей, позабыли заветы предков и продались дьяволу. Они бросили вызов богам и были наказаны, теперь боги снова вернулись. 
И вот настал тот день, когда боги пришли в нашу пещеру. Мы были готовы умереть. Один только вид богов вызывал святой трепет и мы были счастливы принять смерть от них. Высокие, сильные, в невиданных одеждах украшенных золотом и мехами животных, обитающих в райских лесах. Аура света окружала их могучие силуэты, мы чувствовали тепло и добро излучаемое ими. И вот, они заговорили, но не так как мы, обычные смертные, ласково и нежно их слова потекли прямо в наши головы, открывая истину, и всё стало ясно. «Простите нас, простите наши боги, это мы виноваты, наши предки, наши вожди, это они убивали ваших предков, поражали их души гнилыми идеями, это они развязали резню во всём мире, это из-за них мир был усеян огненными грибами! А вы выжили и отстроили свои города заново и люди вашего племени стали богами, было трудно, но вы были с Творцом, не променяли его на золотого быка, и Творец был с вами! Простите нас, наши боги!» - рыдая, стоя на коленях, кричали мы.
Один из них подошёл тогда ко мне, я никогда не забуду той минуты, и сказал: «Встань, Мэри, мы простили вас, теперь нет ваших злых вождей, теперь всё будет хорошо» Я встала и сквозь залитые слезами глаза посмотрела на меховую шапку бога, в центре которой были самые святые знаки во вселенной – крест, серп и молот и двуглавый орёл и поняла, что отныне всё будет хорошо. Нас спасут наши боги и имя им – Русские.
Вадим Копытин
Originally posted by matveychev_oleg at Вызываю Бориса Грызлова на дебаты!

 Уважаемый Борис Вячеславович,
 Вы  отреагировали на подброшенное вам  противниками России письмо, и походя назвали меня "невменяемым".  С этого момента,  все ссылки на то, "кто такоей Матвейчев, чтобы с ним дискутировать, кто он и кто я?" уже неприемлемы.
Вы сами вступили в дискуссию, да и отказ от дискуссия давно признан ошибкой "Единой России". Я сам, проехал все регионы, чтобы потренировать ваши дебат-команды. И мне говорили  активисты "Единой России" на местах: "Жаль, что высшее руководство так высоко, что не снисходит до тренингов, а им было бы полезно!"
Готов  выступить вашим спаринг-партнером, Борис Вячеславович, в прямом эфире  любого  ТВ или  любого Радио в любое время, которые сочтете удобным. Мои телефоны имеются и в руководстве "Единой России" и в  Управлении Президента Российской Федерации по внутренней политике.
 Что касается темы дискуссии, то хотелось бы обсудить вопиющий непрофессионализм Ваших кадров.
Прямо на моем примере. Итак, я сделал обычную сетевую проовкацию для раскрутки своего блога, на котром позже собираюсь раскручивать и свою новую книгу. Это были мои цели.
 Но " либеральная общественность" решила использовать   мои фразы про "танки и несогласных" в своих целях, чтобы представить  представителей власти , пусть и бывших, в невыгодном свете. Они начали свою камапнию.  Внутри этой камапнии, они решили спровоцировать  четвертое лицо в  государстве - Б .Грызлова, чтобы он выдал реакцию и как  большой ньюсмейкер, сделал их мелкую провокацию огромным политическим событием. Непрофессионалы-помощники Б.Грызлова, по глупости или по предательству, подсоывают целому руководителю партии провокационный опус и он, не думая, выдает реакцию на всю страну. Что отзывается во всех СМИ и во всем народе эхом.
 Вы, конечно, попиарили мою будущую книгу, спасибо Вам, но еще больше Вы попиарили несистемную оппозицию и их провокацию.
 Как получается, что мы своими же руками создаем  подонкам паблисити? Вот это я хотел обсудить с Вами.
  Приходите, пиглашаю Вас вместе погрызть козлов!

А вот один мой пост на эту тему:

http://matveychev-oleg.livejournal.com/79163.html




Ждём Сибирскую Зиму

 Прочь головной убор, бей до земли поклон,


Каждый год ждём хозяйку веков испокон.


Свирепая земля умиляется сама,


Клонит колено - в Сибирь идёт Зима.




Идёт строгая, с Богом идёт братья,


Серебро короны Сибири, её белое платье,


Нежным покровом снежным поверх степей,


Та, что целует инеем щетины богатырей.
                                                                                      Грот
 

Беседа главного редактора газеты "Завтра" Александра Проханова с политологом, президентом Международного общественного фонда "Экспериментальный творческий центр" Сергеем Кургиняном

Александр Проханов. Сергей Ервандович, я хочу тебя поздравить с триумфом, может быть, этот триумф – один из пиков твоей духовной и политической карьеры. Потому что твоя работа на Пятом канале является крупнейшим политологическим событием последних месяцев. То, что тебе удалось сделать, а именно вскрыть этот саван, этот саркофаг, в котором десятилетиями было погребено сознание страны и народа, - это огромный национальный подвиг. Насколько понимаю, передача в своё время была затеяна либералами как суд над советским периодом. Они пытались через эту передачу реализовать свою давнишнюю надежду на "красный Нюрнберг", на котором хотели распять советизм и сталинизм. Но произошло поразительное явление, когда вместо красного Нюрнберга по существу состоялся суд над российским либерализмом. А ты был не просто главным обвинителем на этом процессе, но и главным экзекутором, потому что рейтинги, которые показывают эти передачи, 97 на 3 процента в твою пользу, говорят о том, что общественное сознание сегодняшнего российского и русского народа – красное, советское, иногда радикально красное, сталинистское.

И это – огромная загадка, потому что все 30 лет со времени перестройки антисоветизм и антисталинизм были не просто идеологемой победивших либералов, но и под это были подвёрстаны гигантские технологии. По общественному сознанию России молотили из всех орудий: из грубых, из утончённых. Народу попытались сделать лоботомию. Но ничего желаемого для либералов не произошло, сознание народа не изменилось. Мы живём в России, народ которой – красный, советский, власть которой с её институтами и уложениями абсолютно не поглощает и не вмещает эти красные энергии. Между властью и народом пропасть. А между либералами, которые во многом отождествляют власть, пусть и не до конца, и народом - просто бездна непреодолимая. Это данность.

Что с этой данностью делать? Как с ней должна обойтись власть? Как с этой данностью должна обойтись либеральная рафинированная среда? И как с этой реальностью должна обойтись политическая патриотическая среда, которая очень слаба, но всё-таки существует?


Сергей Кургинян Либеральная рафинированная среда – это своего рода антисоветская тоталитарная секта. Она – как кочан капусты. В кочерыжке – тысячи особо привилигированных "либероидов". В промежуточном слое – сто тысяч просто привилигированных "либероидов". На периферии – 900 тысяч "либероидов", не привилигированных, но особо фанатичных.

Чем-то это напоминает западенское меньшинство на Украине. Только там все построено на самостийности. А тут... Меньшинство говорит с большинством на языке апартеида. Вопиющим образом нарушает все мыслимые нормы западной и мировой политической культуры. Мы теряем способность удивляться. Мы уже не спрашиваем "либероида": "Мил человек, да разве может либерал называть большинство "охлосом"? Разве он может говорить, что большинство – это ходячие мертвецы? Разве он может..."

Что скажет настоящий западник, настоящий либерал про судью, который гордится своей предвзятостью, употребляет в полемике термин "наша сторона", имея в виду одну из сторон? Всем понятно, что. А что скажет "либероид"? Он скажет, что судья недостаточно прессингует, не додавливает.

Как выглядят в таком контексте сюсканья о чьей-то "интеллигентности"? Особенно на фоне того, что все видят на экране... Какое отношение дешевые подначки, пренебрежение к фактам и цифрам, попытки "закричать" тему имеют к интеллигентности, к нормам либеральной культуры, да и культуры вообще? Вот почему я называю секту "либероидной". Слишком уж все это напоминает Кащенко... Читаю диалог Петровской и Лариной: "О, боже, опять эти проценты!" – "Не обращай на это внимания". – "Но я все время..." – "Не смей об этом думать, не смей, молчи!" Классическое вытеснение по Фрейду.

И все же главное – это язык апартеида. Большинство для меньшинства – это "охлос", "упыри"... На форуме Пятого канала огромное количество людей информирует "либероидов" о том, кто они, голосующие за Кургиняна, и почему они голосуют. Средний возраст – 41 год, одно или даже два высших образования. Очень много людей, материально преуспевших. Ценнейший социологический материал! И – хоть бы хны! "Кто не с нами, тот – маргинал"!

В студии же, по утверждению наших "либероидов", окопались "продвинутые, мыслящие люди". Те, кто собирают студийную массовку, потешаются над подобными глупостями. Я никогда не назову массовку "охлосом". Это очень интересная фокус-группа. Но зная, какова эта группа, называть ее "продвинутой", "мыслящей" можно, только впав в цинизм и маразм. В Интернете голосуют тысячи людей. По телефонам – на порядок больше. А в студии... Выхожу с очередной передачи – оператор говорит: "Сегодня за вас в студии проголосовало 20 человек, а против вас – 23". Казалось бы, комментарии не требуются, но... Утопающий хватается за соломинку.

Цинизм и маразм – вот последнее прибежище "либероида". В том, что происходило раньше, был хоть какой-то политический смысл: "Формируем путинское большинство, ведем его за собой". Что теперь? "Делаем ставку на меньшинство и... наращиваем демократические процессы!"

Большинство же, чувствуя себя обманутым, брошенным, пытается самоорганизоваться. На форуме Пятого канала уже вырабатываются социальные и политические программы этого большинства. Между прочим, пока очень умеренные. Никто не призывает к репрессиям, погромам. Чем умереннее, сдержаннее, культурнее большинство, тем громче и надрывнее воет меньшинство: "Упырпи-и-и! Охлос!"

Казалось бы, власть меньшинства над большинством – это диктатура. Но наше либероидное меньшинство боится любого репрессивного аппарата! Потому что как только оно его создает (в лице ли Коржакова или того же Путина) – этот репрессивный аппарат выходит из-под контроля. В чем же тогда либероидная технология власти?

Для созидания власть должна осуществлять две функции – вдохновлять народ и организовывать его. А если задача противоположная? Тогда надо психологически подавлять народ (формировать в нем комплекс исторической неполноценности) и – дезорганизовывать народ. Итог подобного властвования – смерть народа. Я называю это "ликвидкомом". Что сделает большинство, когда для него станет абсолютно ясным, что либероидное меньшинство замыслило "ликвидком"?

Ведь помимо тех, у кого нет денег и возможности "свалить за бугор", есть достаточно много людей, которые, имея возможность сваливать, сваливать не хотят. Разговариваю с одним из таких людей, спрашиваю: "А тебе-то что? В это свое поместье уедешь или в это..." Он отвечает: "А тёток своих как я вывезу? Я им благодарен, они меня в детстве опекали, когда отец умер. А у тёток есть дети, внуки. Как я их всех перевезу в эти самые иноземные поместья? И что они там будут делать? Нет уж, никуда отсюда я не уеду".

Возникает широкая коалиция тех, кто "против свала", а значит, против ликвидкома, против технологии власти, основанной на формировании комплекса исторической неполноценности. Скажут: "Но ведь нужна модернизация! Между прочим, и большевики говорили о том, что они пролетарское меньшинство, которое должно вести за собой крестьянское большинство". Но, во-первых, большевики не комплекс неполноценности формировали, они вдохновляли, воодушевляли – не так ли? А, во-вторых... Что символизировали серп и молот? Союз крестьянского большинства и пролетарского меньшинства. Тут что Ленин, что Сталин. Только Троцкий говорил о диктатуре молота над серпом. Но и его модель предполагала что-то созидательное (сверхиндустриализацию, формирование нового качества производительных сил).

"Либероиды" созидать ничего не могут и не хотят. Они только поносят тех, кто мог и хотел созидать.

За две с половиной предвоенные пятилетки, то есть за ДВЕНАДЦАТЬ лет, построено около 10 тысяч крупных объектов! 10 тысяч!!! Никогда не вчитывался в статистические данные, а тут вчитался. Потребление шахтёрами Донбасса сала, хлеба, масла росло с каждым годом второй пятилетки. Одно за другим следовали понижение цен, отмена карточек... Одним словом, были позитивные результаты, да еще какие!

В чем крупные позитивные результаты последних ДВАДЦАТИ лет? Не двенадцати – двад-ца-ти! Таких результатов вообще нет. Вот почему огромный когда-то кредит доверия теперь близок к исчерпанию. Очень близок!

Большинство, пошедшее когда-то за либероидным меньшинством, постепенно осознает, что его ведут на бойню. Что к нему относятся как к врагу ("охлосу", "упырю"). Что если оно для меньшинства – враг, то меньшинство хочет его ликвидировать. А меньшинство? Оно своими плевками в лицо большинства подтверждает его наихудшие подозрения.

Опять десталинилизация? Через 57 лет после смерти Сталина? Большинство, услышав об этом, понимает: меньшинство говорит "десталинизация", а подразумевает – "десоветизация". Десоветизация предполагает запрет на всю символику? Красное знамя Победы тоже будет запрещено? Чем это обернется – понятно всем, кроме "либероидов".

"Либероиды" живут, не чуя под собою страны. И могут только сгинуть – либо сами, либо вместе со страной. Если какая-то группа хочет осуществить что-либо позитивное (восстановление страны, модернизацию её, прорыв, любой альтернативный сценарий развития), она должна будет опереться на неосоветское большинство. Потому что больше опираться не на что! НЕ НА ЧТО!

Передача "Суд времени" – рейтинговая. Её смотрят миллионы людей, и это не безразличные люди. Это не люди, по 8 часов занятые шоппингом, – всем понятно, что на тех созидающая власть опереться не может в принципе. И это не "бомжи", не "прокоммунистические маргиналы". Передачу "Суд времени" смотрят ученые, инженеры, учителя, бизнесмены, студенты, школьники.

Моя знакомая из Тувы (она известный там мануальный терапевт) лечила кого-то – даже не в Кызыле, а за его пределами. В юрте ждали приема десятки людей. И – обсуждали "Суд времени". Вот так...

Народ понял, что он (а) существует ("нас – большинство") и (б) не вынесет "перестройки-2". Новой перестройке он говорит: "Не хочу-у-у-у!" Преодолеть это "не хочу-у-у-у!" можно, только уничтожив народ. Прислушайтесь к народу, если собираетесь вести его за собой. Или хотя бы перестаньте третировать тех, к кому народ тянется.

Почему в Америке есть Фонд "Наследие" ("Херитидж Фаундейшн"), а у нас не может быть Фонда "Советское наследие"? Форум Пятого канала не к войне призывает (хотя закипание нешуточное), а к уважительному, глубокому осмыслению советского наследия. Первый шаг – такое осмысление. Второй...

Почему на основе советского наследия нельзя разработать модели выхода из нынешнего нашего тупика, из глобальных тупиков 21 века? Почему власть боится сказать – хотя бы самой себе и своей подушке: "А ну как наши модернизационные схемы рухнут, и нам останется только "совьет" и только "херитидж"?"

Начинать надо с "интеллосферы". Надо поощрять (а не третировать) газеты, ориентированные на советское наследие, освобождать часть институтов от "либероидов" и собирать в них историков, социологов, экономистов, политологов, системщиков, желающих изучать и осмысливать этот "совьет херитидж". Причем с ориентацией на вызовы 21 века. Пусть на другой интеллектуальной территории трудятся "либероиды"! Посмотрим – чей труд принесет настоящие результаты.

Мы предлагаем это – и что в ответ? "Охлос", "ублюдки", "упыри". Иногда начинает казаться, что либероиды уже запланировали "свал". Что они хотят одного – покинуть отечество, оставив его во власти зла, хаоса, безумия. Тогда ведь можно будет сказать: "Мы этот охлос лечили, мы его перевоспитывали, а он...".

По одну сторону – либероиды, а по другую... От неосоветского большинства – теперь уже очевидного большинства – шарахаются, как чёрт от ладана. Причем по совершенно непонятным причинам! Ведь это большинство пока что настроено вполне конструктивно. Оно способно к диалогу! Просто не надо называть его "охлосом", не надо плевать ему в лицо, не надо называть инакомыслящих – "упырями". И при этом петь фальшивые песни про права человека.

ЧЕЛОВЕКА? Недавно обсуждали итоги голосований на "Суде времени". Некто, именующий себя социологом, авторитетно заявляет: "Кургиняновское телефонное большинство – старики". Его спрашивают: "А кургиняновское большинство по Интернету – это тоже старики?" Ответ: "Это агрессивная молодежь". Спрашивают: "Откуда вы знаете, что она агрессивная?" Он так отвечает, что становится ясно – речь идет, так сказать, о его "врожденной идее". Аксиоматика у него такая: инакомыслящий – это не ЧЕЛОВЕК, а агрессивный или биологически неполноценный НЕДОЧЕЛОВЕК. А у недочеловека, в отличие от человека, нет прав. Ничего не напоминает?

И тут можно соотнести нашу проблематику с общемировой. Ведь не Ленин, а Моммзен (великий историк и очень умеренный человек) сказал, что капитализм без узды – это страшнейшая сила. Советский Союз надел узду на капитализм. Обузданный капитализм продемонстрировал некие достижения. Сейчас эта узда сброшена. Капитализм бесится, он возвращается к прежнему антисоциальному состоянию. Кризис показал, что никаких ноу-хау у него нет, что он не знает, как двигаться в 21 веке. И что он вполне может вернуться к отредактированным версиям фашизма – теории избранности, многоэтажного человечества, теории отсутствия единого рода человеческого и так далее.

Наиболее дик и необуздан сегодня российский капитализм. А ну как здесь проводят эксперимент по выведению нового сорта капитализма при том, что новое – это хорошо забытое старое? А ну как Россия окажется пресловутым "слабым звеном в цепи", полигоном для отработки новых норм супер-дикого капитализма. Капитализма непристойного, лишённого всякого желания считаться с народом, делиться, думать о чём-нибудь в будущем. Спрос на такой капитализм порождает весь мировой процесс. Но здесь, у нас, процесс разрыва меньшинства с большинством, то есть с народом, носит беспрецедентно острый характер.

А.П. Либеральную группировку, которая захватила власть в восемьдесят пятом году, трудно переориентировать на сотрудничество с народом, потому что она сама по себе - антинародна, антинациональна. Она и сильна этими качествами, и если эти качества потеряет, перестанет существовать. Она вся соткана из ненависти, и она запущена в политический процесс как таковая. А власть по природе своей иная: она - прагматична, цинична, виртуозна.

С.К. Да, мы всё это видели: путинское большинство...

А.П. Именно. Она может менять лицо, скрывать его. И в данном случае её паралич, мне кажется, объясняется внутренней перманентной растерянностью, усиливающейся с каждым, может быть, месяцем или неделей, о чём и свидетельствуют сегодняшние политические процедуры. Но интереснее всего красная сфера, красный аспект. Почему этот огромный красный ком, страдающий, состоящий далеко не из плебса - там профессура, отставные военные, директора, технократы, православные священники, - почему он обезглавлен? Почему в нём нет единого интеллектуального центра? Почему нет политической процедуры, захватывающей этот процесс? Здесь, наверное, есть и наша колоссальная вина: вот ты вскрыл этот кокон, но этого же недостаточно. Что: ты вскрыл и отскочил?

С.К. Ты сам ответил на вопрос, сказав о двух слагаемых, – \"едином интеллектуальном центре\" (то есть софтвере, если проводить IT-аналогию) и \"политической процедуре\" (то есть хадвере). Мы – я и мои соратники – всегда занимались политическим софтвером. Что же касается хадвера. Не могу без смеха читать статьи КПРФовских функционеров о \"Суде времени\": мол, \"это не Кургиняна поддерживают, это за нами идет то большинство, которое называют \"кургиняновским\"! Большинство хорошее, а Кургинян плохой, потому что он против КПРФ\". Школьник устыдится подобной ахинеи, а взрослый дядя пишет – и ему как божья роса.

Я давно спрашиваю себя и других: если антикоммунизм является основой построенной политической системы, то что такое коммунистическая оппозиция, именующая себя \"внутрисистемной\"?

Большинство для таких внутрисистемных бонз – не только не желанно. Оно им чуждо. Более того, опасно. Ибо взяли-то они заказ на дезорганизацию этого большинства, проводимую с помощью деклараций о том, что только они его и организуют. Нет новых идей. Не развиваются свои средства массовой информации. Нет учебных центров. Нет кадрового мониторинга, а значит, и обновления кадров. Не отслеживаются новые тенденции. Разрываются отношения даже с той прессой, которая оказывала им неоценимые услуги, всегда готова была их поддержать. Что за политический суицид?

Вся система постепенно сходит с ума. А эти специфические внутрисистемные элементы – в первую очередь.

А.П. Никто от меня или тебя не требует, чтобы мы стали партийными организаторами, это не наше амплуа. Но помимо нас есть огромный массив людей. Почему в этом массиве нет яростного структуралиста?

С.К. Я отвечаю на этот вопрос в книге \"Исав и Иаков\". Люди, пошедшие за либероидами в предшествующую эпоху, не могут не понимать теперь, что тогда они продали первородство за чечевичную похлебку. Я получаю письма, в которых раскаяние за содеянное достигает огромной силы. Но, во-первых, такое раскаяние пока не доминирует. В основном счет предъявляется не самим себе, а \"обманувшим нас либероидам\". А во-вторых. Раскаяние спасает, только если оно трансформирует личность. Это касается и индивидов, и коллективной личности (народа). Трансформация личности способна породить новое качество социального действия, поведения. И только тогда эта трансформация эффективна. Подчеркиваю – речь теперь должна идти о новом качестве социального действия. Я бы сказал даже, духовного действия. Простые формы действия противник уже просчитал. Они так же бесплодны, как и бездействие.

На повестке дня три задачи. Первая – осознание сути случившегося. Вторая – острое переживание вины за случившееся, в каких-то случаях своей собственной, а в каких-то случаях коллективной. Такое переживание должно не сломать, а трансформировать личность (это называется \"катарисис\"). Пережившая катарсис личность (просто личность или народ как коллективная личность) восстанавливает связь с эгрегором, с духом Истории и... Только тогда наступает время для решения третьей задачи – социального действия принципиально нового качества. Вспоминается Некрасов: \"Ты проснешься ль, исполненный сил, иль, судеб повинуясь закону, всё, что мог, ты уже совершил, – создал песню, подобную стону, и духовно навеки почил?..\"

Почил ли народ духовно навеки – или его можно разбудить? Вот основной вопрос для тех, кто посвятил себя интеллектуально-политической деятельности.


А.П. В политике это происходит через контригру, через контрдействие, через создание контриницативы, контрпартии.


С.К. Твои вопросы абсолютно правомочны: почему большинство не самоорганизуется?

А.П. Это загадка. Среди этого большинства есть страстные, любящие отчаянные люди. Почему, объясни мне, в 90-х годах, это как бы вялое советское население выделило своих русских пассионариев- бандитов, которые оказались способны рисковать, умирать, убивать. И израсходовали себя в такой гражданской войне между бандитскими группировками. Значит, народ в состоянии выделять инициативные, жертвующие, страстные группы. Они есть не только в бандитской среде. Они есть среди молодых интеллектуалов, журналистов. Но какой кристалл нужно бросить в этот раствор, чтобы раствор вокруг кристалла перенасытился, а потом создал структуру? Или мы в очередной раз будем надеяться на предстоящий раскол внутри правящей группировки, выявим ту, которая нам кажется менее страшной, пойдём за ней до тех пор, пока ни расстреляют из танков. Опять будем являть собой политическое мясо, лишённое мускулов, воли, нервной системы. В этом огромная тайна. Я даже не хочу сводить эту проблему к КПРФ и Зюганову, она уже обсуждена, выведена за скобки, никаких укоризн. Зачем обсуждать огород, где взяты клубни и осталась ботва?

Но новая среда? Моя газета на протяжении последних нескольких лет создаёт интересный идеологический объект, состояший из ярких людей, одним из представителей которых являешься ты. Они многоаспектны: многоаспектно понимают ситуацию, готовы формулировать политические, метафизичекие, антропологические ценности, создавать ансамбль эктсравагантных идей. Этот политологический субъект предполагает еще и политическую процедуру. Где она? Почему не возникает политический шлейф?

С.К. Классовая структура общества разгромлена. Где национальная буржуазия? Я помню момент кризиса финансирования твоей газеты. Я ненавижу, ты знаешь, фашизм, но можешь себе представить, чтобы Шахт, Тиссен, Крупп и другие позволили консервативной прессе испытывать подобные трудности? Конечно, нет. Так что же – национальной буржуазии нет вообще, или она в коме? Она не тебя хочет поддерживать? А кого? Кого она может поддержать, кроме тебя? Что, у неё широкий выбор? У нас полно таких политических газет – ярких, радикальных? Их нет вообще! Если они не бегут к тебе, значит, они не бегут никуда.

То же самое происходит с интеллектуальной сферой. У меня больше вопросов, чем ответов. Но я убедился, что появилось новое поколение историков – 35–45-летних. Спокойные, жёсткие люди. Трудно живущие, но при том абсолютно не маргинальные. Готовые воевать за свою правду. Стойкие, при этом не оголтелые. Они есть.

Но я не вижу такого же в социологии, экономике, и тем более в философии и политологии. То ли историки оказались отодвинуты от так называемой рыночной сферы и смогли сформироваться вне этой, всё разлагающей, среды. То ли еще что-то произошло. Мне дочь говорила, когда училась на истфаке МГУ, что после бомбардировок Сербии истфаковские мальчики массово пошли на сербское направление. Может быть, какая-то внутренняя ярость молодежи, наблюдавшей, как ведется расправа с делом отцов и историей, породила у этой молодёжи желание воевать за историю.

Историков я вижу. Из них легко сформировать свою \"скамейку\". Они холодны, объективны, сухи, энергичны. А вот \"скамейку\" из экономистов, социологов и так далее сформировать намного труднее.

Не завершился еще процесс формирования той интеллигенции, которая нужна даже для элементарной национально-освободительной борьбы по латиноамериканскому сценарию. Но, может быть, эта интеллигенция формируется.

А.П. Она не может сформироваться сама, её не может сформировать ситуация. Она формируется клубами, группами, она формируется узниками, она формируется примерами, которыми изобилует вчерашняя, сегодняшняя история. Она должна сформироваться. Народ действительно имеет дело с особой национальной ситуацией, которая будет преодолена. Потому что Кавказ дымит, пылает. Многие считают, что это чисто кавказская ситуация. Но нет: кавказская лава сползает сюда: в Кремль, в Россию. И Муромцевы могут возникнуть в любой момент здесь, потому что логика такова. Но нам в этом смысле не нужны муромцевы, не нужны Робин Гуды. Во всяком случае, на этом этапе.

С.К. Ибо эту \"робингудскую\", как ты говоришь, энергию сразу же оседлает тот или иной деструктор – ультралиберальный, к примеру, или прячущийся под карикатурными ультрапатриотическими масками. В любом случае, кто-нибудь деструктивный. Причем \"спецдеструктивный\", как мы говорим про подобное.


А.П. Да, деструктивный. Нам остро необходима наша лево-патриотическая политическая процедура. Над этим пора очень серьёзно работать. Твои радения на Пятом канале показали, что для этого есть все основания. Более того, это, может быть, будет преступлением и твоим, и моим – если мы вскроем нефтяной пласт, дадим возможность нефти выйти на поверхность, но не подхватимм её в трубы. Тогда она разольется по тундре. И следующим нашим интеллектуально-государственным шагом должны быть усилия, направленные на создание нового лево-патриотического движения.

С.К. Я твёрдо знаю, что с этого поля боя не уйду. Не знаю, как будет вестись эта война, но знаю, что с неё не уйду. Ты прав, уйти с неё – это в каком-то смысле бросить всех тех, кто зажёгся. Вопрос, какие формы должна иметь эта война, как она должна вестись, – отнюдь не так элементарен, как кажется. Ведь война с системой, с властью у нас очень быстро превращается в новое крушение государства. Поэтому всегда есть желание воззвать: опомнитесь! Давайте по-мягкому. Ну, давайте разойдёмся. Ну, очистите часть занятого "либероидами" поля для инакомыслящих. Дайте сформироваться интеллектуальным силам патриотическо-просоветской ориентации! Бояться надо не этих сил, а полного краха страны! Хаоса, который некому будет преодолевать!

А.П. Ты встаёшь в позу мольбы.

С.К. А что ты предлагаешь? Отказаться от шанса на примирение, понимая эфемерность этого шанса? Я считаю, что такой отказ непростителен. И духовно, ибо мы должны использовать любой шанс для недопущения гражданской войны. И политически. Ибо, отказавшись использовать этот шанс, мы проигрываем политическую игру. Гражданская война ужасна. И надо сделать все, чтобы ее избежать.

Есть ли что-то более ужасное, чем гражданская война? Да, безусловно. Уничтожение народа хуже гражданской войны. Но ведь и гражданская война в нынешних условиях может породить не спасение через кровопролитие, а гибель народа, его порабощение интервентами. Согласись, что с учетом подобных негативных сценариев, далеко не умозрительных и даже высоковероятных, лучше было бы, чтобы власть вовремя опамятовалась, услышав свой народ. На первом этапе вполне достаточно того, чтобы "либероидов" потеснили. А дальше все будет решать то, кто и как воспользуется открывающимися возможностями.

А.П. Но прежде, чем они потеснятся, они должны посмотреть на того мускулистого, широкоплечего мужика, который заставит их потесниться.

С.К. Я согласен. Вот ты сказал "мольба". Моление, прошение – это ведь не от слабости, а во избежание худшего. Не хочется острых конфликтов, потому что вся система очень хрупкая, и неизвестно, что произойдёт со страной. Она может расколоться, и тогда энергия конфликтов пойдет не туда. Но это не значит, что можно позволить так изгаляться над большинством. Лучше бы это прекратить, используя самые мягкие сценарии.

Но это в любом случае надо прекратить. Не помогут мягкие сценарии – будут задействованы другие формы. Начнется другой разговор. Смысл моей мольбы прост: не доводите народ до этого! Если вы и дальше будете называть его "охлосом", если вы и дальше будете отказываться учитывать его мнение, то он начнет вести разговор все жестче и жестче.

А.П. А власть готова шантажировать нас страхом, связанным с крахом государства. Крах государства исходит от власти, потому что, консервируя политический процесс, страну обрекают на гниение, на омерзительный распад, на тухляк.


С.К. Согласен с тем, что гниение страны порождает нынешний политический класс. Но что из этого следует? Сегодня нет в стране реальных классовых сил, способных (а) сбросить этот класс и (б) вести страну в будущее. Этих классовых сил и не может быть в ситуации, когда либероидный шок породил системный – социальный, экономический, технологический и культурный – регресс.

Как формировать контррегрессивные тенденции в современной России? Вот основной вопрос. На что способна сегодня контрэлита, интеллигенция? Каков потенциал народной контррегрессивной самоорганизации? Способны ли на нее люди сегодня? Я помню ситуацию 70-х – середины 80-х. В мой театр стояли длиннющие очереди. Дело не в том, что теперь у меня нет зрителя. Он есть. Но тогда спрос на альтернативную повестку дня был огромен и носил очень накаленный характер. Сейчас этот спрос иной – и по качеству энергетики, и по другим параметрам.

А.П. В чем ты сомневаешься? У тебя тогда был театр и тысячные очереди перед входом. А сейчас у тебя Пятый канал, у тебя миллионы, ты вырвался на оперативный простор.

С.К. Я только о предложенной повестке дня: её нашли? Её ищут? Её будут разрабатывать? Люди проснулись и ищут всерьез альтернативную повестку дня? Или они все еще шевелятся в полусне? Если они не хотят новой повестки дня, если сон еще длится, то мы можем только будить. Если же они проснулись, если мы их уже разбудили...

А.П. Это может подтвердить только практика. Об этом мы поговорим в другой раз.

Источник: Завтра
No: 45